Творчество, во всём его многообразии. 
 
Говоря о судьбе Дэшила Хэммета пришлось преступно мало сказать о его творчестве. 
 
Для начала, надо сказать о творчестве Хэммета, о его стиле, его новаторстве, даже первородстве, в целом. А для того, чтобы сказать об этом нужно сказать об обстановке до него. 
 
Детектив, предшествовавший эпохе нуара и хард-бойлда был вещью великосветской, тон которой задавал "Шерлок Холмс" Артура Конана Дойла. Но если Дойл был пионером, вынужденным путём проб и ошибок (о да) пробиваться в новом самостоятельном жанре, отмежёвывая детектив от приключений, то последовавшие за ним с заслуживающим лучшего применения упорством повторяли всё те же шаги и приёмы, что и в конце XIX века. Эти помпезные, напыщенные "романы-загадки", в конечном счёте, отрываются от всякой достоверности, в угоду "загадки ради самой загадки" — невозможной, неосуществимой, да и ненужной никому в реальном мире. А ведь именно в этом и суть (в том числе и прибыльная) детектива — в его приближенности к повседневно окружающей нас угрозе преступности. Слишком переусложнено, слишком много трюков, и слишком мало жизни. Главной аудиторией таких романов были люди, зачастую, так же далеко оторванные от реальной жизни в высь привилегированного общества, как и события их чтива. А главным героем — очень частый тип читателя, едва приподнявшегося над своей старой средой, куда менее важный и куда меньший бессребреник, чем пытается казаться. 
Особым — нет, это некий "противоположный полюс", это всего-лишь несамостоятельное ответвление — случаем этого является "Нат Пинкертон король сыщиков". Если обозначенные (но не названные) выше романы претендовали (и получали) лавры, то эта генерация претендовала на деньги — которые и получала. С литературной точки зрения эта "низкая" детективная литература была местами как-бы не сильнее упомянутой выше "высокой" — хотя бы за счёт того, что не переусложняла то, что и от мышечной массы хорошо будет работать. В социальном значении она так же была зеркальным отражением — с той лишь ризницей, что "пинкертонщина" меньше боялась спустится в трущобы, порты, и тёмные закоулки, где вместо хитроумных гильотин над входной дверью немедленно находился десяток-другой негров-азиатов-поляков, которых следовало раскидать и перестрелять для достижения цели. Наиболее частым "потолком" служили хозяева крупных магазинов и средних скотобоен. Соответственным был и читатель (не в упрёк оному будет сказано). 
Авторы, не способные писать про настоящую жизнь, вынуждены выдавать за неё свои измышления — не понимая, или не желая понимать, то, что даже Дойл для них отметил в своих рассказах. То, что спонтанное преступление в тысячу раз сложнее раскрыть, чем самое продуманное и хитровыделанное. 
Искусственные, вымученные, неестественные сюжеты не позволяют существовать в книгах настоящим людям, место остаётся только фигурками, которые вырезает автор, и которые пляшут под незатейливый ритм — английской утончённости, или американской псевдоутончённости. 
И вот, продираясь через толпы "творцов", "гениев", "властителей дум", "законодателей жанра", и т. д., и т. п., мы подходим к главному герою заметки — к ремесленнику, который зарабатывал тем, что писал о том, что знает. К автору детективов и детективу по профессии. 
Дэшил Хэммет не то, чтобы ворвался в эфир — он, можно сказать, в него ввалился, в поисках стабильного заработка для человека, почти убитого туберкулёзом, и знающего только сыскное дело. 
Что же сделал с детективом детектив? 
Он вернул его из авторских грёз в реальность. 
Он сделал убийцей мотивированного и человека, а не скучающего без трупа для своих фантазий автора 
Он наполнил свои произведения живыми людьми, которые действительно были, или могли быть, в том или ином месте. 
Он выкинул детектив из романтизированных бредней, в которых убийство представляется волнующим и увлекательным приключением, прямо под нос читателя — с запахом подгнивающего трупа, засохшей крови, порохового 
дыма и сигареты полицейского. 
Его произведения — это крайняя степень реализма, болезненно граничащая с натурализмом. 
К ужасу ханжей и дураков, убийство вновь стало актом чрезвычайной жестокости, а совершившие его респектабельные богачи, умудрённые сединами гуманисты, или чистые и непорочные девицы — вновь стали преступниками. 
Салонные игры кончились — начался детектив. 
 
Мир, в котором жил Хэммет (и в котором, увы, ныне и до сих пор живём мы) — наипаскуднейшее место. И в этом мире, об этом мире, написано было Хэмметом немало. 
Главная серия, созданная им — это цикл рассказов о Безымянном оперативнике Континентального Детективного Агентства. Эти рассказы тем интереснее, что носят автобиографический характер, хотя в качестве прототипа главного героя и был взят другой детектив, работавший совместно с Хэмметом. 
В них описывается работа Хэммета в Сан-Франциско и вообще не Западном побережье. При том, что это описано просто невероятно увлекательным образом, самым живым и реальным языком, читать эти рассказы зачастую физически тяжело — ибо такой концентрации ублюдков, мрази, всякой ходячей с человеческими лицами падали, не часто встретишь. 
В рамках этого цикла было написано два романа (точнее, две сюжетные арки по четыре рассказа в каждой). 
Первый — "Кровавая жатва". 
История городка Оттервил (Personville) — самого убогого места на свете. Он ещё депрессивнее, чем Парадайз. Он ещё более криминален, чем Басин-сити. Он столь же прогнил, как и Готэм. Он столь же ублюдочен, как и Саус-Парк. Сами жители его ненавидят на столько, что называют не иначе как Отравилл (Poisonville). 
Безымянный Оперативник попадает туда по вызову сына крупнейшего предпринимателя города, которого (сына) убивают почти сразу после приезда Оперативника. Дальнейшая история повествует о борьбе со злыми силами городка по заказу уже отца убитого, у которого Оперативник, чисто джинн, выпытал правильно сформулированные условия контракта, чтобы развязать себе руки для работы. 
Интересно, что критики называют этот роман не просто самым левым из написанных Хэмметом, но и видят в нём завуалированный сценарий социалистической революции в США. 
Другой роман — "Проклятье Дейнов". 
Если предыдущий был про общество и его пороки, то этот про самих порочных, которые это общество составляют. При прочтении несколько раз приходилось возвращать себя к мысли, что это — автобиографическая работа, и рассказывает она о реальных преступлениях, на столько отвратительны действующие в повествовании люди. 
Речь идёт о, как не трудно догадаться, семейном проклятье, которое, якобы, преследует всех, из рода Дейнов, и губит их одного за другим. Безымянный Оперативник попадает в его водоворот достаточно случайно, занявшись расследованием кражи драгоценных камней. 
В этом романе, так же издававшемся изначально в виде четырёх рассказов, Хэммет вволю поиздевался над "серьёзной" аудиторией детективов, каждый раз как-будто завершая историю, но, убедившись, что никто не заметил честно выложенных им подсказок, немедленно щёлкал людям по носу, продолжая историю. 
В этих рассказах практически нет положительных, или хотя бы нейтральных персонажей — подонок на подонке, подонком подпоясан, подонком подонка погоняет. Даже сам Оперативник — как сам читатель, не более чем бессильный свидетель череды преступлений. Да, он вылавливает преступников одного за другим, но он не в силах сокрушить силы, порождающие эту преступность. 
Лишь упомяну, но — часть рассказов, написанных Хэмметом для этого цикла, не была им опубликована, и появилась только спустя годы и годы после его смерти. Сложно сказать, почему он не стал их публиковать — не был удовлетворён их качеством, или же прототипы персонажей могли быть затронуты... 
 
Отметился Дэшил Хэммет и в комиксах — цикл про секретного агента X-9 (художник — Алекс Реймонд), которому позывной заменил имя. Да-да, именно здесь начинались все 007-е и "Люди в чёрном", и именно здесь презренная" "пинкертонщина" трансформировалась в руках мастера во 
что-то представительное. 
Сами истории были вдохновлены как личным опытом Хэммета, так и начавшейся с приходом Франклина Рузвельта, политикой максимально жестокой политики по отношению к криминалу, и лично одним из проводников такой политики, легендарным Эллиотом Нессом (Нэшем). Соответственно, и война велась именно с наиболее опасными из преступного мира США. 
Однако, с отстранением Хэммета от культурной жизни, а американцев — от "Нового курса", произошли резкие изменения. Случайно названное (и не факт что истинное) имя Фил Каррриган стало официальным, а новый "хозяин", художник и писатель Мел Графф, пусть и не сразу, но влился в такую модную антикоммунистическую струю, сделав главными врагами Агента Икс-9 "опасных коммунистов" — жалких и трусливых типов, режущих ножами своих единомышленников "во имя высшего бла~ общей цели". 
 
И, далее идут три отдельных романа. Объединяет их то, что они не могут быть объединены с другими работами, и даже друг с другом. Разве что в том плане, что в них (предположительно) описывается опыт Хэммета, или кого-то кроме него, как частного сыщика, а не оперативника агентства. 
Первый — "Мальтийский сокол", с которым постоянная публика нашего паблика уже могла познакомится. Частные детективы Майлз Арчер и Сэм Спэйди берутся за дело Бриджит О’Шоннесси, подозревающей, что некий Терзби мог заставить бежать сестру О'Шоннесии. Но дело идёт не просто, и закручивается вокруг мальтийского сокола — старинной реликвии, некогда похищенной, и вновь всплывшей, чтобы спровоцировать подпольную войну двух группировок. 
"Стеклянный ключ" повествует о том как Нэд Бомонт, игрок и преступник, вынужденный, по воле своего "старшего товарища" по опасному бизнесу (уже не гангстеру, но политику), для игры против конкурентов связаться с представителями закона. 
Этот роман считается самым мрачным из всех написанных Хэмметом, и самым нуарным. В нём нет не только какого-либо просвета, но и "хэппи-энд" оставляет невероятно горькое послевкусие. 
 
"Худой" — история о детективе, почти оставившем своё ремесло, и ушедшего в семейную жизнь. Но "только мне показалось что я завязал, как они снова меня туда затащили", и Ник Чарльз вынужден тряхнуть стариной, чтобы раскрыть очередное убийство. 
На счёт этого романа нет промежуточного мнения — либо его ненавидят как низшую точку в писательской карьере Хэммета, или его обожают как абсолютно чистый, без примесей, нуар. Я же отмечу то, что в этой книге Хэммет достиг просто заоблачных высот в издевательствах над определёнными группами читателей. 
 
Произведения Хэммета неприятны, описанные в них люди, события отталкивающие, а описанный в нём мир — до несправедливости реалистичен. Однако, именно в этом и есть сокровище этих работ. Простые незаметные люди, с профессионализмом в мозгах, авантюризмом в сердце и честью в душе, с крепкими руками и заряженными пистолетами — именно они затаптывают и демона сращивания политики, капитала, и гангестеризма, и каждого отдельного дракона преступного мира. 
 
 

 

Комментарии

Спасибо! Читала, читала в свое время Хэммета. И "Мальтийского сокола" и "Стеклянный ключ". Действительно - нуар как есть, но талантливый. Мужик молодец был.

Автор: Татьяна (не зарегистрирован)

Добавить комментарий

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <p> <span> <div> <h1> <h2> <h3> <h4> <h5> <h6> <img> <map> <area> <hr> <br> <br /> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <table> <tr> <td> <em> <b> <u> <i> <strong> <font> <del> <ins> <sub> <sup> <quote> <blockquote> <pre> <address> <code> <cite> <embed> <object> <strike> <caption>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
СПАМОЛОВКА
Защита от задолбавших спамоботов
6 + 5 =
Решите эту элементарную задачку и введите ответ.